Пригласи меня войти  - Дженнифер МакМахон

(«Потому что ты не нашла кровельные материалы. Ты съездила за кирпичами и каминной доской и узнала о Хетти и ее семье вместо того, чтобы привезти материалы, действительно необходимые для твоего дома».)

Элен услышала у себя в голове голос Ната: «Я беспокоюсь за тебя, Элен».

Потом Элен посмотрела на каминную доску – на свою последнюю победу. Они завернули ее в брезент и положили на пол до окончания работ с внутренней обшивкой. Теперь Элен сдвинула брезент и посмотрела на доску.

Элен не ошиблась: это была идеальная вещь для гостиной, еще один способ наделить их дом ощущением истории.

– Но нам не нужна каминная полка, – сказал Нат, когда впервые увидел доску. Он заглянул в салон. – А где корм для оленей?

– Прости, я забыла об этом.

Нат вздохнул и провел ладонью по лицу.

– Зачем нам каминная доска? У нас нет камина.

– Я подумала, что мы можем сложить небольшой камин, – сказала Элен. – Пусть он будет в самом центре дома. Тогда это будет больше похоже на классическую «солонку», плюс дополнительная теплоемкость…

– Элен, это не входило в наши планы. Это не импровизированный проект… ты знаешь, сколько стоит работа опытного печника? Мы и так превысили бюджет!

– Хорошо, – сказала Элен. – Мы обойдемся дровяной плитой и металлическим камином. О кирпичной кладке можно поговорить потом. Но сейчас мы поставим эту полку над дровяной плитой.

Нат прищурился, пытаясь представить это, и покачал головой:

– Труба от плиты пройдет прямо перед полкой. Это будет выглядеть нелепо.

– Мы можем вывести трубу сзади, через стену, а потом установить металлический камин в гостиной, – предложила Элен. – Это будет выглядеть получше, согласен? Вместо блестящей трубы, проходящей через потолок?

Нат заморгал:

– Не знаю, Элен. Мне нужно свериться с планами и посмотреть, насколько это удобно. Возможно, придется переделать план кладовой за этой стеной. Мы же не хотим согревать дом от плиты в кладовке, верно? Мы потеряем место для хранения, и тепло пропадет впустую. Это не входило в наши планы, – с расстроенным видом заключил он.

– Этой полке больше ста лет, Нат, – сказала она. – И она сделана из цельной кленовой доски. Когда я почищу ее, ты увидишь, какая она красивая.

– Я хотел бы, чтобы ты посоветовалась со мной, – сказал он. – Этой полки не было предусмотрено в наших планах и в нашем бюджете.

– Она обошлась в семьдесят пять долларов, Нат. – Ее голос прозвучал резче, чем она намеревалась.

– На эти деньги мы могли бы приобрести необходимые материалы для кровли, которые нам действительно нужны. – Нат немного повысил голос. – Я думал, что сегодня ты займешься этим и найдешь подержанные материалы для крыши.

Элен отвернулась, вздохнула и велела себе успокоиться. Еще одна маленькая ложь.

– Ничего не вышло, – сказала Элен. – Материалы оказались хуже, чем было указано в рекламном объявлении.

Нат вопросительно посмотрел на нее. Догадывался ли он, что она лжет?

Когда ей стало так легко лгать своему мужу? Элен никогда не лгала ему в Коннектикуте. Тогда они рассказывали друг другу обо всем. Прошло лишь несколько месяцев, но казалось, что целая жизнь осталась позади.

Тогда Элен посмотрела на него, на его отросшую бороду, усталые глаза и подумала, насколько этот человек отличается от того, за которого она вышла замуж в Коннектикуте. Все изменилось.

– Мне жаль, Нат. Если я вскоре не найду нужные материалы, придется заказать в строительном магазине.

Нат кивнул, все еще хмурясь на каминную полку.

– Нат, давай мы просто повесим ее на стену и посмотрим, как она выглядит. Пожалуйста!

– Хорошо, – сказал он, и Элен ощутила мгновенное удовольствие от этой маленькой победы.

Нат согласился, что полка отлично смотрится в гостиной. Он провел кое-какие расчеты и решил, что они могут вывести печную трубу за дровяной плитой, так что полка не будет загорожена. Потом Элен очистила ее и натерла поцарапанные места лимонным полиролем, пытаясь представить все, что видела эта полка: празднование Рождества, дней рождения и семейных юбилеев, появление телевидения, упадок фермы, семейные ссоры, убийство и самоубийство.

* * *

Сегодня ночью каминная полка как будто светилась изнутри в полутьме пустого дома.

Но дом не был совершенно пустым. Элен понимала это.

Она неподвижно сидела, ждала и прислушивалась. Она слышала звук шагов на черновом фанерном полу и чувствовала, как холодеет воздух вокруг нее. Кожу пощипывало, как от слабого электричества. Сосредоточившись на каминной полке, Элен смотрела, пока не заслезились глаза, и наконец увидела фигуру, стоявшую рядом с ней. Элен медленно подняла голову.

Женщина была в джинсах. На лоб падала темная челка, остальные волосы были собраны в узел на затылке. Розовый свитер был усеян кровавыми пятнами на груди. Элен ощущала запах пороха и металлический привкус свежей крови.

«Этого не может быть, – подумала Элен. – Я сплю».

Она крепко зажмурилась, потом открыла глаза, но женщина осталась на месте. Элен видела коробку гвоздей, оставленных Натом на полу под каминной полкой. Рядом лежал его молоток и остатки рулона стекловолоконного уплотнителя.

Это был не сон.

– Где дети? – спросила женщина, с лихорадочным видом оглядывавшаяся вокруг. Она говорила громко, почти кричала, но Элен едва слышала ее; слова доносились как стрекот цикад. Потом женщина посмотрела на свой свитер, подняла руку, прикоснулась к пулевым отверстиям и закричала. Это был самый мучительный и протяжный крик, который когда-либо слышала Элен.

– Пожалуйста, – проговорила она, пытаясь поднять отяжелевшую голову. – Все в порядке.

Пока Элен говорила, женщина исчезла, как клуб дыма, рассеявшийся от резкого порыва ветра.

Она пропала, но звук остался.

Крики снаружи продолжались.

Это был тот самый звук, который Элен слышала в первую ночь. Тот звук, который Нат называл криком пекана-рыболова или лисицы.

Элен свернулась в клубок, закрыла уши ладонями и попыталась отгородиться от криков.